?

Log in

No account? Create an account

Общедоступными в полном смысле слова были только четыре парижские библиотеки, принадлежавшие государству: Королевская (ныне Национальная) библиотека, библиотека Арсенала, библиотека Мазарини (основанная некогда самим кардиналом) в здании Французского института на набережной Конти и библиотека Святой Женевьевы на площади Пантеона.

Королевская библиотека была самой крупной из перечисленных библиотек: в начале 1830-х годов в ней хранилось 800 000 печатных изданий, 72 000 рукописей, а также богатейшие собрания эстампов и медалей.

На русских путешественников Королевская библиотека производила самое благоприятное впечатление (Н.М.Карамзин в 1790, А.И.Тургенев в 1825, Н.С.Всеволожский в 1836).

Читать дальше...Свернуть )

Сария Лакоба


Фазиль Искандер : «… Я хотел бы напомнить о том, что в Абхазии жила величайшая женщина, жена Нестора Лакобы. Вы знаете, когда Берия отравил Лакобу и… я это смутно время помню, мне было… 36-ой год, семь лет было, я помню улицы, вычерненные людьми… Ходили хоронить… Но потом мне рассказывали, что когда правительство, страшно растерянное пришло к её дому, открыв двери, сказали, что Лакоба погиб от грудной жабы в Тбилиси, она на всю улицу закричала: «Он не погиб, его Берия убил!». Потом, как вы знаете, начались страшные процессы. Всё это известно и всё это было и в Москве, и в других местах, но, может быть в Абхазии они проходили с особой жестокостью, вероятно, из-за личного отношения Берия к Абхазии. Он хотел устроить процессы вроде московских и объявить Лакобу турецким шпионом и, главное, самым убедительным доказательством того, что это правда, должна была выступить его жена, с которой он, якобы, делился этими своими тайнами. Ну, то что всё это враньё – всё доказано и известно, что Берия очень пристально следил, чтобы она живой и предавшей, конечно, своего мужа выступила на процессе и рассказала то, что он хотел. Но она оказалась единственным человеком, насколько я знаю из известных людей, которая не сдалась. Я считаю, что это женщина величайшего духа. Её вбрасывали без сознания в камеру, об этом даже есть свидетельства и грузинских женщин, с которыми она сидела. В конце концов она с ума сошла от пыток и умерла в тюремной больнице. Я много раз думал написать о ней, но вы знаете, что-то меня останавливает… останавливает то, что при такой страшной судьбе, при таком страшном, нечеловеческом сюжете выдумывать какие-то пытки как-то бесчеловечно. И, мне кажется, ну, может быть когда-нибудь это будет как-то легче осознать. Но сейчас, чтоб об этом написать надо было бы хотя бы приблизительно знать, что с ней делали. Ну, понятно, поступали бесчеловечно, но чтобы о ней именно написать в наше время, хотелось бы знать конкретно, но я конкретно ничего не знаю. Но конкретно считать её величайшей женщиной нашей страны, не только Абхазии, а всей России, нам никто не помешает, потому что её величайшие мучения – это исторический факт. И исторический факт, что она верность мужу, верность правде его жизни поставила выше своей жизни самой… У неё был эпизод, я читал в каких-то воспоминаниях, когда ей дали встретиться с родственниками в Тбилиси, в КГБ. Она уже многие месяцы никого не видела. Она бросилась к ним, ласкаясь и так далее, но в процессе разговоров выяснилось, что все они «сознались». И здесь ей хватило силы мужества отстраниться от них и она сказала: «Я вас не хочу знать и не буду знать». Мне кажется, что Абхазия должна этой величайшей женщине поставить памятник. Этого памятника в Абхазии не хватает. Вот я хотел бы чтобы люди, конечно любящие, понимающие что случилось в то время с Абхазией и болеющие за эту великую женщину, нашли бы и достойного скульптора, и место, но я считаю что… что я доживу до памятника великой Сари».

Из выступления в Абгосдрамтеатре в 2004 г. на его юбилее в честь 75-летия. Текст не адаптирован.


Метки:

Отметив в 2011 году 10-летний юбилей, легендарные Light Blue от D&G не собираются покидать списки бестселлеров продаж, оставаясь в лидерах современного парфюмерного рынка. Прохладный, свежий и тонизирующий, очень популярный летний аромат создал возможность в полной мере наслаждаться жизнью, ощутив чувственную поэзию лазурных просторов.

Автор искрящейся фруктово-цветочной композиции – один из самых известных парфюмеров современности, «нос» Olivier Cresp (Оливье Кресп).

«Мы чрезвычайно гордимся наследием, которое создали с Dolce&Gabbana Light Blue. Эти ароматы смогли запечатлеть бесконечную чувственность Средиземноморья... Light Blue - ещё более заманчивое воплощение выражения «Dolce Vita» (Сладкая Жизнь) », - прокомментировали создатели Дома высокой моды Доменико Дольче и Стефано Габбана.


«Dolce & Gabbana Light Blue - дань палящему солнцу, морю и чувственности Средиземноморья. Окунуть себя в Blue означает погрузиться с головой в светящиеся бирюзовые глубины, бережно увлажняющие сожженное на солнце тело. Это аромат зажигательных летних дней, разгарячённого тела и вспыхнувшей страсти. Это история, в которой мужчина встретил женщину» (с официального сайта www.dolcegabbana.com)

Композиция Light Blue открывается аккордом Сицилийского кедра, утопающего в яркой фруктовой свежести игривых, немного терпких нот зеленого яблока сорта «Granny Smith» и бесхитростным очарования звонкого колокольчика. Это солнечная идиллия с легкостью раскрашивает мироощущение в красочные акварельные иллюзии Южного итальянского лета. Элегантная  цветочная гармония в «сердце» D&G Light Blue великолепно сочетает чарующий жасмин и утонченные ноты белой розы с энергичными оттенками влажного бамбука. Сладким цитрусовым благоуханием заполняет композицию Светло Голубого аромата древесина лимонного дерева, переплетенная с прохладой сухого дыхания чувственной амбры и мечтательной нежностью мускусных нот в волнительно приятный освежающий шлейф, не лишенный пикантных акцентов.


Женские духи Dolce Gabbana Light Blue были выпущены в концентрации туалетная вода. Форма флакона повторяет дизайн, разработанный для Dolce & Gabbana pour femme (1992) - первого парфюма от Дома D&G. Тонкая прямоугольная бутылка DG Light Blue в отличие от оригинала выполнена из матового стекла, голубая крышечка и серебристый декор стремятся визуально передать ошеломляющую свежесть аромата. «Замшевая» упаковка также выполнена в небесно-голубом цвете.

Метки:

Манъёсю

«Манъёсю» - памятник мировой литературы и первая антология японской поэзии (8 век).

Здесь собраны песни многих поколений 4–8 вв., около 500 авторов, 4516 песен в 20 книгах, разнообразных по жанру, стилю и содержанию, где наряду с песнями древних правителей, известных поэтов помещены песни пограничных стражей, рыбаков, землепашцев и других простых людей Японии.




По дороге, где иду
На склонах гор,
Тихо-тихо шелестит бамбук...
Но в разлуке с милою женой
тяжело на сердце у меня...


К. Хитомаро (7-8 вв.)

____
 

Поднося дары,
Молить тебя я буду,
Ты не обмани моё дитя,
Поведи прямым путем малютку,
Покажи, где путь на небеса!


Я. Окура (7-8 вв.)
____


О пустых вещах
Бесполезно размышлять,

Лучше чарку взять
Хоть неважного вина
И без дум допить до дна!


До чего противны мне

Те, что корчат мудрецов
И вина совсем не пьют,
Хорошо на них взгляни –
Обезьянам впрямь сродни!


О. Табито (7-8 вв.)


____


Даже пояс,
Которым один меня раз обвязала
Дорогая моя,
Я три раза могу обвязать.
Вот что стало со мною!


О. Якамоти (8 в.)
____



Кого среди людей назвать счастливым?
Того, кто милой слышит голос
И в пору ту,
Как чёрный волос
Уже становится седым!


Т. Курохито (7-8 вв.)



Перевод с японского Анны Глускиной.


Вспоминая Нижегородский художественный музей

«Гадающая Светлана» (1836)  – единственное жанровое полотно на русскую национальную бытовую тему в наследии Карла Брюллова (1799-1852).

Эта картина была им написана по мотивам романтической баллады Василия Жуковского "Светлана" (1812, посвящена А.А.Воейковой) вскоре после возвращения (1835) из Италии, Греции, Турции в Москву.

...Улыбнись, моя краса,
     На мою балладу;
В ней большие чудеса,
     Очень мало складу.
Взором счастливый твоим,
     Не хочу и славы;
Слава — нас учили — дым;
     Свет — судья лукавый.
Вот баллады толк моей:
«Лучший друг нам в жизни сей
     Вера в провиденье.
Благ зиждителя закон:
Здесь несчастье — лживый сон;
     Счастье — пробужденье».
О! не знай сих страшных снов
     Ты, моя Светлана...
Будь, создатель, ей покров!
     Ни печали рана,
Ни минутной грусти тень
     К ней да не коснётся;
В ней душа как ясный день;
     Ах! да пронесётся
Мимо — Бедствия рука;
Как приятный ручейка
     Блеск на лоне луга,
Будь вся жизнь её светла,
Будь весёлость, как была,
     Дней её подруга.


Подумал и отметил для себя:

1. Жуковский сопереживает "своей Светлане", понимает её "грусть одинокую" по "милому другу", но не одобряет её занятие гаданием, а призывает верить в Провидение, в Его благой закон.
Жуковский напоминает Светлане о Боге, призывает Его защитить Светлану от печали и бед (потому что "в ней душа как ясный день"), желает Светлане светлой жизни и весёлости.

2. Брюллов написал эту уникальную для себя картину на русскую тему сразу после возвращения из Европы, где он прожил почти 15 лет. Это наводит меня на известную мысль о лучшем понимании "своего" через "чужое":
"Как в волшебном зеркале, отразился целый мир - самобытный и поэтичный - народного уклада жизни с его обычаями, преданиями и верованиями, с неотразимым обаянием трепетной, одухотворённой и чуть наивной русской женской души".

Вспоминая жгучих "итальянок" Брюллова, понимаешь, что в "Светлане" он действительно увидел и гениально показал что-то национальное в этой девушке, какое-то обаяние её трепетной и чуть наивной русской женской души...

Coldplay - Birds

На родине Диккенса по-прежнему пишут хорошие песни. Хорошая песня для меня - это лёгкая музыка и интересный текст, создающие настроение и красочные образы...
Вот Coldplay опять порадовали. На сей раз своим видео на песню Birds с последнего альбома A Head Full of Dreams.

Если есть соответсвующее настроение, то песня легко наполняется христианскими аллюзиями и символами: Крест, обращение к Иисусу, раскрытые объятия, птицы в небе, дорога, которая есть жизнь, тени прошлого и надежды на будущее, лучи света, искры, порождающие пламя, тайна и некоторая загадочность происходящего, истина, которая делает свободным, ну и любовь.
Всё это особенно радостно замечать сегодня!

Метки:

Герой



Мне кажется, философский фильм Чжана Имоу по гениальности не уступает "Матрице", а в эстетике и цельности даже превосходит её.
Несколько смысловых пластов и возможностей трактовки, впечатляют здесь и цвет, музыка, пластика движений, виды. Каждый найдёт здесь что-то своё, свои смыслы.

Героем и здесь, и в "Матрице", является тот, кто постигает "истинную сущность".
Имоу тоже затрагивает фундаментальные темы смысла жизни, но делает это своим языком и через родную для него китайскую культуру.
Этот фильм, как и "Матрица", главным образом мне понравился своими библейскими и евангельскими аллюзиями.
Вряд ли Имоу закладывал христианские смыслы и символы в свою картину (в отличие, скажем, от братьев Вачовски), но в таком случае эти смыслы тем более удивительно считывать.
В этом смысле наиболее яркими и драматичными моментами здесь являются гибель Сломанного Меча - его добровольный выбор смерти только ради того, чтобы убедить другого, заставить его поверить, и казнь Безымянного - эта сцена напрямую отсылает к суду Понтия Пилата.
Запомнилось и несколько фраз: "хватит убивать, мир всем", "правитель не должен быть убит", "казните его, это закон, закон должен исполняться", "он был казнён как убийца, но похоронен как герой", ну и три слова, которые "надо помнить" - помнить, что "Всё под Небесами"... 

Метки:

Аиааира - это Победа

Аиааира – одно из немногих слов, которое я запомнил на абхазском языке. Но думаю, что надолго.

В Абхазии это слово очень часто можно было прочитать на баннерах, установленных вдоль основных дорог, в городах и сёлах, на зданиях. Баннеры эти поздравляют с 22-летием Победы Абхазии в Отечественной войне 1992-1993 годов: Аиааира – это Победа.
На большинстве этих баннеров изображён Владислав Ардзинба. Имя и образ этого человека стали ярким символом свободы и Победы Абхазии в той войне.

В истории народов и государств иногда наступают такие моменты, когда обстоятельства и Господь Бог выдвигают на первый план людей, которые к этому совсем не стремились. Яркий пример этого у нас – «спаситель Отечества» Кузьма Минин. Так и у абхазов Владислав Ардзинба появился в самый нужный момент, когда его народу не просто было тяжело, а возникла реальная угроза самому существованию абхазского народа и государственности. И в этом абхазы видят Божье провидение.
Очень быстро, всего за несколько лет, Ардзинба расширил поле своей деятельности – от доктора исторических наук и учёного-востоковеда до лидера нации и героя Абхазии, «военного вождя» и Верховного Главнокомандующего, Первого Президента Республики Абхазия и «отца основателя» этого государства. Сейчас его называют «Избранным».

Ещё до поездки в Абхазию, когда я практически ничего не знал об Ардзинба, я посмотрел видеоинтервью с ним, записанное в мае 1993 года, во время войны. Я тогда отметил харизму этого человека, его умение вести диалог и отвечать на непростые вопросы, знание предмета разговора, широкую эрудицию и точный язык, и при этом простоту в общении и некоторую непринуждённость. Он сразу вызвал во мне симпатию.

Пока в любом народе рождаются такие сильные и одарённые личности, как Минин или Ардзинба, верные сыновья, способные повести за собой и сплотить свой народ в самые тяжёлые для него времена, у этого народа есть будущее.
Владислав Ардзинба говорил: «Свобода Апсны – смысл всей моей жизни». Сегодня Абхазия свободна.
Аиааира, значит, Победа. Я запомнил это слово.




Вспоминая НГХМ

Вспоминаю Нижегородский государственный художественный музей - его коллекцию русского искусства 14-20 вв.

Из собрания русской скульптуры мне больше всего запомнилась элегантная скульптура «Амазонка» Евгения Александровича Лансере. Я долго ей любовался.


Евгений Александрович Лансере (1848-1886). Амазонка. Бронза.

Аламыс абхазской души

В одном из книжных магазинов Сухума продавец (она же была и хозяйкой магазина, как я понял) рекомендовала мне купить сборник новелл известного абхазского писателя Михаила Лакербай. Она предложила мне его, потому что я искал книги по истории и культуре Абхазии.
У нас состоялся примерно такой разговор:
- Возьмите, не пожалеете. Читая его, вы много узнаете об абхазской традиционной культуре, он хорошо это описывает.
- Да, я знаю, - ответил я. - Перед поездкой я читал книгу современного абхазского философа Олега Дамениа, и в ней он приводил новеллы Лакербай, чтобы показать правила, нормы и базовые ценности, по которым жило традиционное абхазское общество. Но эти нравственные нормы, как он считает, в большей степени свойственны XIX веку, чем XX, а в современной Абхазии он вообще наблюдает настоящий кризис Апсуара. Вы согласны с ним?
- Да, но всё равно мы отличаемся от других. После войны мы сильно расслабились, но ничего, мы вернёмся к своим традициям, всё у нас наладится.



Что ж, мне тоже хочется на это надеяться.
И до этого короткого разговора в книжном магазине, и после него, я несколько раз задавал абхазам подобный вопрос. На этот вопрос не так легко ответить, это сложная тема. Девушка-экскурсовод мне сказала, что абхазская молодёжь старается жить по этим нормам, но, конечно, это очень нелегко в XXI веке, в эпоху интернета. А хозяйка, у которой я снимал комнату в Новом Афоне, сказала, что об этом надо говорить с философами.

Я искренне желаю абхазам возвращения к своим традициям и нормам Апсуара, потому что эти ценности воспитывают человека, задавая такие ориентиры его жизни, как честь, стыдливость, совестливость, человечность, достоинство, подчёркивают приоритет духовного мира над материальным. Я и сам хотел бы многому из этого научиться.

Чтобы понять, о чём идёт речь, достаточно прочитать лишь несколько новелл Михаила Александровича Лакербай (1901-1965). Новеллы короткие, но очень глубокие. Например, новелла «Обещание»:

«Нас было трое в купе: двое мужчин и одна очень интересная, средних лет женщина. Вечерний ветер шевелил оконные занавески. Становилось прохладно. Мы мчались к желанному всеми и родному мне югу и старались говорить только о приятном. Мы говорили о дружбе, о любви, о чести, об абхазском аламысе...

Неожиданно женщина встала со своего места и, взволнованная, начала ходить взад и вперёд по купе.
Глядя на нас прекрасными бирюзовыми глазами, она сказала:
— Я уверена, что у каждого из нас есть на совести не одно невыполненное обещание, хотя вы и могли его свободно выполнить... Я имела счастье знать человека, выполнившего своё обещание при совершенно невероятных обстоятельствах, и поэтому не забуду его никогда в жизни...
Мы попросили ее рассказать об этом человеке, а один из нас даже спросил: "Это ваша первая любовь?" Она тихо ответила:
— О, нет! Я этого человека видела всего лишь два раза в жизни. Любовь — это не то слово, уважение — тоже не то. Скорее всего — преклонение перед величайшим благородством души... — Она снова села и продолжала говорить, не отрывая взгляда от потемневшего неба за вагонным окном.
— В прошлом году мы с мужем поехали в Сухуми. Помимо пленительной природы Абхазии, нам очень хотелось познакомиться с абхазским народом, которого я ещё совсем не знала и о котором слышала так много лестного....
У входа в гостиницу "Абхазия", где мы остановились, к нам подошёл приятель мужа и представил своего друга — невысокого и стройного молодого абхаза. Он хорошо говорил по-русски и оказался приятным, остроумным собеседником.
Перед нами на щите висела афиша. Она извещала о заключительном спектакле гастролировавшего здесь Тбилисского театра оперы и балета — опере "Даиси".
Заговорили о театре, об этой опере. Мне её очень расхваливали ещё в Москве. Но, как нам сказали в гостинице, билеты на этот спектакль были проданы задолго до нашего приезда.
— А жаль, мне так хотелось послушать "Даиси", — я не могла удержаться от сожаления.
— Я помогу вам, — сказал юноша.
— Обещаете? — спросила я.
— Да, — ответил он серьёзно. — Обещаю достать вам билеты или пропуск и принести сюда, в гостиницу, за час до начала спектакля. Раньше не смогу. Я должен немедленно выехать к себе в деревню — там неотложное дело...
Мы поблагодарили его и поднялись к себе в номер.
Прошло два дня. Вечером должен был состояться спектакль. Мы с мужем были уже одеты и ждали нашего нового знакомого.
Я волновалась — он уже опаздывал на полчаса... Наконец я увидела его, торопливо подходившего к нашей гостинице. Вскоре он постучал в дверь и вошёл. Попросив извинения за опоздание, он пригласил нас пойти с ним. В вестибюле театра он протянул нам пропуска.
— А разве вы не пойдёте с нами? — спросил муж.
— Извините, но я не могу пойти, — сказал он с грустью.
— Почему же? — поинтересовалась я. — У меня сегодня умерла мать, — ответил он упавшим голосом.
Мы до того растерялись, что даже не смогли сразу выразить ему своё сочувствие. У меня невольно вырвалось:
— Зачем же вы сейчас пришли сюда?
— Я обещал вам, — сказал он, а затем, ещё раз извинившись, попрощался с нами и вышел из театра.
Я была потрясена этим чувством долга у человека, которого постигло огромное горе. Он ушёл, и мы долго смотрели ему вслед. Мне уже не хотелось идти в театр... Я думала о силе воли этого человека. Подумать только, суметь при таких обстоятельствах найти в себе силы выполнить пустяковое, в сущности, обещание, несмотря на то что вдруг навалилась такая страшная беда, такое непоправимое горе — смерть матери!
— Какая необычайная сила воли! — заключила она и отвела взгляд от окна.
— А ведь он сам, этот юноша, не нашёл ничего необычайного в своём поступке, — заговорил молчавший до сих пор и сидевший в углу пассажир из соседнего купе. — Он просто не мог поступить иначе. И эту силу воли дал ему аламыс, нравственный кодекс абхазского народа. Я — русский, но более тридцати лет живу среди абхазов в горном селе Лата. Я полюбил абхазский народ за благородство его души, за его аламыс.
— Ну, а потом вы не встречали его? — спросил я.
— Через несколько дней мы уехали из Сухуми, и больше я его не видела. Но этого юношу, его поступок не забуду никогда!
Женщина замолчала. Мне показалось, что у неё увлажнились глаза... Мы молчали. Поезд подходил к станции, зелёные и красные огоньки замелькали в окне.»

Latest Month

Март 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com